Wandler, ты прав - нижняя граница уголовной ответственности по § 247 tr. zák. (krádež) дефинирована как нанесение "škody nikoliv nepatrné", что в переводе на общепонятный означает от 01.01.2002 5000,- Kč. Деликты, ущерб от которых не превысил данное пороговое значение, относятся к сфере компетенции муниципальной полиции и рассматриваются органами местной власти в соответсвии с § 50 odst. 1 písm. a) zák. č. 200/1990 Sb. o přestupcích, в рамках т.н. "přestupkového řízení". Максимальное наказание, предусмотренное данной статьёй закона - штраф в сумме до 3 000 Kč.
Относительно заявленного тобой принципа интегрирования - должен признаться, что о таком слышу впервые; "интеграционный" трёхмесячный период не фигурирует ни в одном из известных мне нормативных актов и, пожалуй, противоречит здравому смыслу. В том смысле, что ты требуешь от рядового полицейского следователя слишком многого - уметь считать до 5000 без калькулятора, про всякие интрегалы и прочие матанализы даже не упоминаем
Если серьёзно - закон подразумевает иной и более логичный, не требующий каких-либо арифметических подсчётов принцип: přestupek или předčín (более правильный и точный terminus technicus) можно совершить только один раз за определённый период (в случае кражи релевантным являются 3 последних года), запись о котором остаётся в полицейской базе данных навсегда (тут ты совершенно прав). В случае повторного совершения данного деликта - будь это даже роглик или жвачка, украденные в супермаркете - содеянное рассматривается уже как совершенный čín, на который в полной мере аппликуется уголовное право.
Относительно полицейского произвола при классификации того или иного деяния - это вещь также весьма и весьма относительная. С одной стороны, существует (русская - аналога в других языках я не знаю, что уже само по себе показательно!) поговорка "закон, что дышло". В ряде случаев так и есть; однако справедливость этого изречения определяется прежде всего степенью "дырявости" уголовного и уголовно-процессуального закона и эффективности функционирования других звеньев системы юстиции; не последнюю роль играет также коррумпированность госаппарата, в принципе, и OČTR, в частности.
С другой стороны, уголовный закон во многих случаях приводит таксативный список объективных признаков, выполнение которых позволяет квалифицировать конкретное деяние в соответствии с кокретной статьёй уголовного закона. Например, в приведённом тобой примере о группе "тинейджеров, кравшей в малых магазинчиках деньги из кассы" таковым, кроме и независимо от суммы ущерба, является взлом (vloupání), при этом деликт в теории будет квалифицироваться как čl. 247 odst. 1 písm. B ). На практике чаще всего обвинение будет предъявлено по čl. 247 odst. 1 písm. a), B ), так как следователь автоматически будет исходить из предположения, что при взломе сумма ущерба превысит оные 5000 Kč. Именно в этом плане руки у следователя до определённой меры развязаны - дать по максимуму, с запасом - если отпадёт буквочка а), то останется B ) и наоборот. И уже делом адвоката, прокурора и судьи является оспорить либо оценить справедливость такой натяжки.
Кстати, в данном плане не стоит преувеличивать качество работы и объективность чешской полиции - прошедшие со времён "бархатной революции" годы не сильно на ней отразились. Например, мне доподлинно известен случай, когда в окончательной версии обвинительного заключения фигурировало 307 эпизодов, которые по общей сумме ущерба тянули на 8-12 лет лишения свободы (дело было до новелы УК, вступившей в силу 01.01.2002); причём часть их вызывала сомнения даже у неискушенного зрителя даже на первый взгляд (к примеру, две квартирные кражи - в Мосте и Праге, совершённые с разрывом в 1,5 часа. Проверку судом выдержали всего 3 (КПД 0,9%!), причём виновник отделался лёгким испугом в виде 250 часов исправработ.