Не говорите мне, что немцы пришедшие в мою страну, выгнавшие мою семью жить в сарай, забравшие практически весь домашний скот были освободителями от коммунистов. Да, пусть мой отчим за украденную плитку шоколада (скажем не одну, но попался на одной) получил всего пару ударов ремнем от немецкого солдата, т.к. за него успел заступился немецкий офицер, но жрать-то чего его семье все равно от этого не появилось, и его мать, отдававшая всю еду детям, умерла от голода. Только не надо говорить, что мол это коммунисты поля с зерном спалили, отступая. Не успели они этого там, в Витебской области, сделать, а немцы не дали, когда созрело.
Не рассказывайте мне о "добрых немцах", забравших сестру моей бабушки окопы копать. Загнали их за колючую проволоку, спали все под открытым небом, заставляли работать до изнеможения и не кормили. Когда в живых осталось меньше половины, распустили по домам. Бабушка до сих пор считает, что выжила только чудом и тем, что не ела "всякую гадость" (как она говорит), потому как там, где их держали была выедена вся трава с корнями, до голой земли.
И не рассказывайте мне, что погибшие 25% мирных жителей (и 30% вместе с солдатами на фронте) Беларуси - это коммунистическая пропаганда. Я о жизни на оккупированной территории и Беларуси, и части Украины знаю не по книжкам, а по рассказам моих родственников.
Я совершенно не являюсь заступницей коммунистов, как и не было их среди моей родни (поверьте, как с материнской, так и с отцовской стороны пострадавших в коллективизацию предостаточно, но разговор не о них) но говорю лишь о том, что нацисты, пришедшие в их дом, для них были врагами безо всякой коммунистической пропаганды. И любой, добровольно сотрудничавший с немцами, был для них точно так же врагом, даже скорее вдвойне, потому что пошел против своих. И "свои" подразумевали отнюдь не идеологическое родство, а национальное, кровное.
Для желающих посмотреть оригинал "памятки солдата Вермахта" - в еще сохранившиеся музей В.О.в. Поверьте, это не коммунистическая пропаганда. Но еще раз повторяю, что: «У тебя нет сердца и нервов, на войне они не нужны. Уничтожь жалость и сострадание, убивай всякого русского, не останавливайся, если перед тобой старик или женщина, девчонка или мальчишка.», - писалось нацистами в 41-м в расчете на блицкриг, а в 43-м уже, обжегшись на воде, дули на молоко: "Русский "не такой", как мы! Он действует, рассуждает и реагирует на все согласно другим законам, отличным от законов жителей Центральной или Западной Европы.
Всегда и везде он следует, главным образом, своему чувству, относится недоверчиво и осторожно к разумным аргументам и судит всегда о деле сначала по человеку, с которым оно связано.
Кто хочет привлечь русского на свою сторону, тот должен это помнить. Это имеет тем большее значение в связи с тем, что война создала условия, при которых мы, немцы, противостоим русским не только как представители германского народа, а как представители мира, который большевистская пропаганда в течение четверти столетия представляла как ненавистное явление, как мир, уступающий большевистскому порядку как в социальном и политическом, так и в культурном отношении. Поэтому русские с каждого из нас спрашивают вдвойне, так как они судят по нас одновременно как и о том европейском мире, которому мы, для его же блага, хотим возвратить этого русского. Существенным же всегда остается, что мы, действительно обладающие превосходством, должны считаться со своеобразием русского человека. В большом, так и в малом! Как в наших поступках, так и в нашем поведении." Дальше здесь.
Не рассуждайте о тех временах с точки зрения современности. В создании "образа зверя" из немецких солдат англичане преуспевали не хуже русских.
П.с. Вот я очень понимаю ирачан с их сопротивлением американцам. И совсем не хочу экспорта даже самой развитой, самой-присамой демократии в мою страну извне военными методами. Мы уж как нибудь сами со своими "диктаторами" разберемся.
