Самые интересные истории про соседей из коммуналок. У меня их было две, одна в 1993 в Москве, другая в 1996 в Иркутске.
Первая была при военной академии, это был период когда в армии еще оставались офицеры, в том смысле.. ну наверно в которой в них может вложить внучка-дочка поколения военных. Наши соседи слушатели, кажеться имя им адъюнкты, и преподы той академии, тонюсенькие стенки, совместные вечеринки и попытки сделать бизнес, девушек-жен, вывезенных из бывших соцлагерей необходимо по прежнему хорошо одевать .
Вторая ... ох уж эта вторая .... особняк в центре города, построенный до революции гинекологом, в подвале водолечебница, на первом этаже клиника, на втором профессор и жил непосредственно, небольшой пристрой на крыше служил прачечной и стерилизационной.
Доктор надо полагать не бедствовал, домик построен в стиле модерн, соответсвующие финтифлюшки и огромные окна присутсвуют, вероятно он или архитектор были поклонниками Шехтеля, который Морозовым и Рябушинским в Москве хоромы ваял.
Когда я туда поселилась в подвале был оптовый сигаретный склад, весь первый этаж занимала труппа и обслуживающий персонал местного драмтеатра ( вы представляете как с ними не скучно было просто выпить водки ). Второй этаж, точнее всего две скромные комнаты занимала Люська, потомок того самого доктора, в трезвом виде она могла даже припомнить остатки француского, обладала манерами и весьма связанной речью, но у Люси случались запои , когда она ползала по коридору и таких матов... А так же весьма махровая бездетная семейная пара, которая планомерно, но как показало время без особых для себя выгод, скупила и расселила этот Веселый двор. В бывшей прачечной обосновался художник Квасов, освещение там было поганое, совершенно не пригодное для мастерской, но вероятно это традиция непризнаных живописцев селиться на старых чердаках.
А ну и бывшую гигантскую столовую, отгороженную весьма посредственным стройматериалом занимала я . Застала еще тот период когда верхний этаж был не окончательно разграблен, мне даже за 40 рублей достался отличный дубовый буфет, который не имел художественной ценности, так как был сделан царёвыми зеками, а господа спекулянты еще на моих глазах вовсю веселились и спаивали бедную Люсинду, выскребая у неё весьма достойный антиквариат.