Очень заинтригован книгой Милоша Урбана "Семь храмов". Отзывы из интернета - одно, а серьезные люди говорят - читать надо! Уж только такие сравнения как, что-то подобное писали Кафка, Лео Перуц, Майринк, уже многое значит! (по крайней мере для меня)
Впрочем, совремненных чехов, читать весьма полезно, особенно ели они пишут о Праге, даже если это, так называемый, готический роман...
На русском уже есть давно. Через пару недель друзья обещали привезти. Посмотрим, что же это за Урбан.
А вот, что пишут критики:
Прага – не только самая прекрасная столица Европы, но еще и самый мрачный город на свете. Тревожная готика, средневековые тени, черные статуи, Кафка опять же…
Чешский писатель Милош Урбан, влюбленный в Прагу, как в женщину, посвятил ей роман – да не простой, а готический. И если строгий преподаватель попросит вдруг студентов «определить жанровую принадлежность» этой книги, студенты, скорее всего, впадут в ступор. Детектив? Исторический роман? Постмодернистский? Нуар? Еще и Кафкой отдает нешуточно – а что вы хотели, Прага…
«Семь храмов» - история бывшего полицейского по имени К. (просто – К.), который ищет следы средневекового прошлого в старинных готических храмах, но вместо этого находит… изувеченных людей, казненных со звериной жестокостью. Просто Дэн Браун какой-то – одну жертву подвесили за ноги к колоколу, другому отпилили ноги и выставили их на флагштоке Дома конгрессов…
В общем, «папа, мы сегодня с бабушкой читали «кафку» - в чистом виде. К счастью, «кафка» у Милоша Урбана получилась не страшная, а завораживающе красивая. Что же касается отрубленных ног и прочих зверств – так ведь это готический роман. И дело, к тому же, происходит в Праге: самом мрачном на свете городе.
Цитата: «Я опустился перед колонной на колени и прижался к ней лбом. Помолиться, попросить прощения – я знал, что это сейчас необходимо. Я находил слова, но они застревали у меня в горле. Как умолить камень отпустить грехи, совершенные теми, о ком ты не знаешь ровным счетом ничего? Слезы жалости застилали мне глаза, они не текли по щекам, а капали прямо на каменный пол. Дождь из омраченной души».