- Суслик! - позвала вдова. - Су-у-услик!
Она дышала на стекло с невыразимой нежностью. Стекло затуманилось, пошло радужными пятнами. В тумане и радугах сияли голубые и малиновые призраки.
Остап не услышал кукования вдовы. Он почесывал спину и озабоченно крутил головой. Еще секунда, и он пропал бы за поворотом.
Со стоном "Товарищ Бендер" бедная супруга забарабанила по стеклу. Великий комбинатор обернулся.
- А, - сказал он, видя, что отделен от вдовы закрытой дверью, -- вы тоже здесь?
- Здесь, здесь, - твердила вдова радостно.
- Обними же меня, моя радость, мы так долго не виделись, - пригласил технический директор.
Вдова засуетилась. Она подскакивала за дверью, как чижик в клетке. Притихшие за ночь юбки снова загремели. Остап раскрыл объятия.
- Что же ты не идешь, моя гвинейская курочка. Твой тихоокеанский петушок так устал на заседании Малого Совнаркома.
Вдова была лишена фантазии.
- Суслик, - сказала она в пятый раз.
Я голосую за сусликофф!