Хорошо изложена суть.
http://m.colta.ru/articles/society/4406
...Но на сцене стоит абсолютно беспомощный конкретный Иван, от которого сам конфликт, сам сюжет трагедии пытается добиться отчетливой идентичности. «Стань русским!», «Стань украинцем!» — поет ему хор. В результате «псковский десантник» (слово «псковский» не означает идентичности) оказывается убит «киевским десантником» (слово «киевский» тоже не означает идентичности) на территории Украины. Вывезен и похоронен. Его жена и дети до конца жизни должны думать, что он убит «киевскими фашистами». Хотя он был убит таким же «Иваном» — говорящим по-русски, носящим на груди крест.
Теперь эти «иваны» должны перебить друг друга, должны глумиться над телами друг друга. Они будут выставлять женщин на площадях с табличками «Тварь!» Они должны водить друг друга по проспектам в качестве «военнопленных», изображая «Великую Отечественную войну». Они будут непрерывно врать друг другу, обосновывая, почему «крымнаш» или «ненаш»… Полукровка «укрорусский» — как фолкнеровский Джо Кристмас — бежит в разные стороны с Юга Украины, пытаясь укрыться от самого себя. Там, куда он бежит, он встречает такого же «укромоскаля». Вчера я, находясь на месячной стажировке в Вене, встретил здесь только что приехавшего сюда талантливого русского (проукраинского) журналиста Константина Скоркина, бежавшего из Луганска. И в этот же день жена мне рассказывает о том, что на ее деда в Петербурге навалилась дальняя родня (русские, антиукраинские) — семья в девять человек, бежавшая из Донецка… И в этот же день я читаю письма моих московских друзей, которые обсуждают, как бы убраться из Москвы. Это мы — укрорусские — бежим в разные стороны друг от друга. Это мы стоим на сцене, раздираемые противоречиями, в качестве протагониста трагедии. И это над нами поет античный хор. Это он дает нам «советы» — куда бежать, кого убить…